Трансвеститов в Хабаровске до сей поры не видывали. Не то чтобы совсем: отдельная продвинутая публика, бывшая проездом в солнечном Таиланде, конечно, успела поделиться с земляками своими впечатлениями от тамошнего шоу женственных мужчин. Но впечатления - впечатлениями, а личный опыт соприкосновения с искусством сексуальных девиантов гораздо лучше.

А потому, прослышав о “шоу трансвеститов”, которое везет в Хабаровск некий московский театр “Эй, Бродвей” (не путать с “эге-гей”), местная публика поспешила запастись парой-другой билетиков ценой от ста до ста пятидесяти рублей, чтобы приобщиться к действу с пометой “Только для взрослых” и некоторым налетом досель неведанной и даже чуждой российскому менталитету эротичности.

Впрочем, эротоманы вынуждены были круто обломиться: “шоу трансвеститов” на поверку оказалось “залепушным” (от слова “залепуха”, слышанного автором этих строк от многоопытного режиссера массовых празднеств) концертом заезжих мужиков, ряженных в женское платье. Мужички с обильным слоем косметики на лицах, в туфельках на высоком каблуке, париках, накладных грудях и при эпилированных ножках старательно изображали из себя отечественных и зарубежных поп-див под фонограмму. Эдакий конкурс импровизированных видеоклипов для старших отрядов в загородном лагере, где аплодисменты достаются мальчикам, переодетым девочками. Или концерт солдатской самодеятельности в новогоднюю ночь с теми же переодеваниями. С таким же успехом первым шоу трансвеститов в России, точнее - в бывшем Союзе, можно считать славной памяти Маврикиевну и Никитишну. Почему бы и нет?

Нынешние Маврикиевны и Никитишны шутят, правда, на уровне, что называется, ниже пояса. Конферанс “шоу трансвеститов”, который осуществлял кривоногий юноша, изображавший проводницу Зину, говорившую на странной смеси хохляцкого говора с московским, изобиловал словами типа “обоссалася”, “воняет, как из туалета”, “пойду косяк курну”, “у моего не стоит” и тому подобным юмором. Так что те, кто до сих пор считал, что трансвеститы - это некто, претендующие на элитарность (а-ля Пенкин), могут спать спокойно. С гастрольными трансвеститами она и рядом не валялась.

Впрочем, публика наслаждалась происходящим на сцене и визжала при каждом потряхивании грудями и шевелении трансвеститских ягодиц. Особенно громко аплодировали буфетчицы, сосредоточившиеся у выходов из зала. Эротообмана никто не приметил, да и примечать не хотел.

А в общем-то, никто ведь не мешал этим гастролерам обозвать свою программу, к примеру, шоу пародий и с тем же удовольствием демонстрировать свои художества (от слова “худо”) перед невзыскательной, но кредитоспособной публикой. Ее, правда, в этом случае, было бы поменьше: пародисты - не трансвеститы, ими Хабаровск не удивишь. Зато мозги пудрить никому бы не пришлось. Короче - не трансвестите!

Ерофей Венедиктов

Источник: Молодой Дальневосточник

“Двоим в кровать - одному вставать”.

(Народная мудрость)

Многие великие поэты и писатели сравнивали большие города с некими живыми организмами, очеловечивали их. Это очень интересная точка зрения - взглянуть на Хабаровск как на роскошное женское тело, разлегшееся на берегу великой реки. И ведь действительно: мы наблюдаем весь стандартный набор внутренних и внешних органов, характерных для людей. Так, краевую администрацию можно отнести к головному мозгу. Дума и мзрия - тоже думающие органы, что-то вроде грудного отдела позвоночника и, соответственно, копчикового. Имеется также печень - УВД, вылавливающее разные вредные антитела, мешающие нормальной работе организма. Дороги - это вены, ассенизаторские колодцы - поры, а все три ТЭЦ - легкие. Наша женщина бывает холодной и горячей, сухой и мокрой, иногда хворает, иногда уходит в запой и каждое утро просыпается под щекотку дворничьих метелок.

Как и любая женщина, наш город имеет эрогенные зоны. Роль этих точек, несомненно, выполняют бары. В них возбуждаются человеческие страсти, постоянно льются какие-то жидкости, жизнь в этих номерах бурлит до самой полуночи. В барах люди получают удовольствия, и, пожалуй, только благодаря барам организм города можно считать живым.

С начала весны мы все больше пропадаем в городских эрогенных зонах. Все очень просто - весна и возбуждение всегда рядом и друг без друга не могут. У кошек обостряется желание, у психов - патология, а у нас - наш эрогенный аппетит.

В этот раз мы массировали точку под названием “Арго”. Кафе “Арго” является не чем иным, как новой ипостасью старой доброй “Даурии”. Видимо, налоги совсем доконали старушку “Даурию”, раз она решилась на перемену статуса. Но если имя изменилось на малопонятное “Арго”, то внутри все осталось по-прежнему. Строго между нами говоря, “Арго” - это таки кабачок. Причем не из самых худших. Об этом свидетельствуют хотя бы ансамбль и тяжелая полновесная сервировка столов. Да и меню типично ресторанное с полутора десятками видов салатов, кучей горячих блюд и даже парой-тройкой первых, вроде крестьянской похлебки. Разумеется, “Арго” уже ничем не напоминает тот заплеванный гадюшник, каким была “Даурия” в середине 80-х. Теперь зал прямо-таки роскошен, а в интерьере чувствуется даже вкус опытного дизайнера - скатерки, светильники, гардины и разные мелкие детали выдержаны в теплых желтых тонах. Что приятно радует глаз.

Помимо основного зала в “Арго” есть отличный бар. На длинной зеркальной витрине мы насчитали 20 видов виски, коньяков и ромов, примерно столько же разновидностей вина, с десяток - пива, и три-четыре сорта водки. Нас угостили настоящим кофе, а водку подали в матовых рюмашках на деревянных плетеных подставках.

За цены мы скажем прямо - выше среднего. Но, с другой стороны, эрогенная зона в любом случае требует материальных затрат, как выразилась когда-то Чиччолина.

Макс Молотов,

Петр Агафонов

Источник: Молодой Дальневосточник

Явно не будет агитировать за “Гринпис” хабаровчанка, с которой вечером первого марта приключилась оказия. Пребывая в прекрасном расположении духа, женщина открыла дверь своей квартиры на ул. Ленина… и тут в коридор из подъезда шмыгнул огромный мартовский котяра.

Хозяйка решительно взялась за подручные средства и попробовала вытурить кошака. Однако тот прочно засел в своих бастионах, в которые временно превратилась кухонная мебель.

После бесплодных попыток выставить наглое животное за дверь, женщина решила взять инициативу в свои руки. То есть в руки она попыталась взять собственно кота. Не желающий терпеть такого произвола, кот вцепился зубами в женщину и серьезно ее искусал, после чего подступаться к взбешенной усатой фурии горожанка уже опасалась. Женщина позвонила в милицию и попросила дежурного пульта помочь утихомирить кота. Дежурный хмыкнул, но наряд на борьбу с оккупантом отправил.

Патрульные милиционеры опасности от с виду безобидного кошака не почуяли. Тот тоже к появлению подкрепления отнесся безразлично. Синяя форма представителей власти усатого нимало не побеспокоила. Пренебрегая особым статусом блюстителей порядка, кот оказал сопротивление и милиции. Покусанный наряд поначалу было отступился, однако оставлять хозяйку жилья на растерзание террористу не стал. Старший наряда, скрепя сердце, застрелил приблудного возмутителя спокойствия.

История эта закончилась совместным походом потерпевшей и милиционеров в травмпункт, где всем участникам баталии вкололи несметное количество уколов. Для профилактики возможной заразы.

Валентин Зарубин

Источник: Молодой Дальневосточник

От судьбы не уйдешь, и коль скоро тебе выпала шара родиться женщиной, надо радоваться - ведь тебя не забреют в армию, ты не пойдешь на войну, тебе не придется платить алименты, вонять “Беломором” на балконе, смотреть футбол, носить семейники и бриться. А что касается детей… Поверьте, лучше все же раз родить, чем ежедневно морду брить.

О том, как хорошо быть женщиной, мы решили спросить настоящую женщину настоящей женской профессии. Ольга Трубникова, безусловно, знакома всякому, кто имел неосторожность заглянуть в церемониальный зал Хабаровского Дворца бракосочетаний - она регистрирует новобрачных.

Надо сказать, что Ольга - женщина не совсем обычной судьбы. Дело в том, что прежде чем осчастливливать по конвейеру молодые пары, она весьма продолжительное время проработала в городской милиции дежурным по спецприемнику. Наверное, там, среди административных арестантов, разных пропойц, хулиганов и неверных мужей, от которых их жены решили отдохнуть хоть 15 суток, Ольга и полюбила людей, их глупость и их слабость. Притом, что для женитьбы и тюрьмы нужна глупость одного порядка, не говоря уже про то, что лично для меня без разницы, за какую решетку садиться.

Ольга, несмотря на диаметральную смену курса своей жизни со спецприемника на Дворец, тем не менее не изменила своего отношения к мужчинам. Просто работая в УВД, она считала всех хулиганами, а теперь она думает, что все сошли с ума, причем не только от любви. Поэтому, по ее словам, при работе с новобрачными, как и с арестантами, нужно терпение. Попробуй тут удержаться от смеха, если, к примеру, в самую ответственную минуту женишок падает в обморок прямо на бархатный ковер при обычном вопросе, согласен ли он взять в жены вот эту девушку. Или если восьмидесятилетний старичок тащит под венец свою старушку только потому, что наследнички мигом отберут в случае ее смерти квартиру, ведь они прожили вместе 50 лет, а так и не зарегистрировались. Здесь и пригождается терпение, которое Ольга считает главным женским качеством.

В предстоящий женский праздник, имеющий статус международного, хотя его празднуют только в России, Ольга Трубникова поздравляет всех лиц женского пола, проживающих на территории Хабаровского края и тем более ЕАО. Потому что быть женщиной хорошо и даже полезно. Мы тоже так считаем.

Макс Молотов,

Петр Агафонов

Источник: Молодой Дальневосточник

В старые времена был такой жанр краевой газетной публицистики: обзор районных газет. А центральные газеты время от времени обозревали краевые издания. Где мягко указывали на недостатки и учили нас, провинциальных лопухов, партийному уму-разуму. Называлось это ленинской школой советской печати. Но если обозначить явление попросту, то укладывалось оно в рамки известного афоризма: “Ты начальник, я - дурак”. Так вот, я - не начальник, люди, работающие в районках, - не дураки, мнение мое - исключительно приватное, а с какой такой крыши я упала, чтоб возродить ни с того ни с сего похеренный временем жанр обзора, сейчас объясню.

Путешествие в молодость

Недели две назад позвонили мы в одну районку, чтобы взять информацию про коммунистический шабаш, который последователи папы Зю устроили у них в районе, а нам вместо информации по ошибке сбросили опубликованный отчет о том самом шабаше, да такой лояльный, такой верноподданнический - спасу нет. “Вы что, коммунистическая газета?” - удивились мы. “Да упаси Бог! - ответили друзья из глубинки. - Просто так получилось”. Интересно, подумала я, что же это такое у них просто так получается, и пошла полистать подшивки районных газет.

И как будто на машине времени прокатилась: ничего со времен моей молодости, когда я год отработала в “Ленинце” (в народе его, естественно, звали “Брехунец”), не изменилось - та же желтая бумага, те же дореволюционные шрифты и виньеточки, те же унылые заголовки типа “Всю солому в скирды”… Хотя есть и изыски, например: “Что у коровы на уме, то у доярки на языке”, “На крючке, как опарыш” (про наркомана). По-моему, не слабо.

Коммунистической пропаганды, кстати, в чистом виде не очень много, так, взрываются вдруг ни к селу ни к городу отдельные протуберанцы в виде упомянутого отчета или статьи депутата Камышинского “Свет в конце тоннеля”, который обещает вывести избирателей из топкого болота демократии на торную дорогу социализма и наивно защищает товарища по партии генерала Макашова: “Людям просто внушают, что он антисемит, черносотенец и уж, конечно, фашист. Абсурдность обвинений коммунистов в национализме и тем более фашизме очевидна для любого здравомыслящего человека. Полной нелепостью является и ярлык антисемитизма, который на нас навешивают. Достаточно сказать, что в самой КПРФ состоит немалое число евреев”.

Ну, классика: какой же я антисемит, говорит антисемит, если у меня сосед еврей и я его до сих пор не спалил? А “жиды проклятые” все равно Россию продали.

Всерьез на эту тему даже рассуждать противно, а спорить и вовсе ни к чему. Тем не менее две газеты отдали под откровения народного заступника г-на Камышинского по целой странице. Без комментариев. Видимо, согласны с авторской позицией.

Свобода слова - вещь, конечно, святая, но ведь известно, что кто девушку ужинает, тот ее и танцует. А цифры за 1998 год таковы: расходы всех районных газет в крае составили 14 млн 464 тыс. рублей. Сами для себя они заработали 6 млн 745 тыс. рублей (подписка там, реклама, розница, то да се). Убытки равны 7 млн 719 тыс. рублей. Отчасти их покрыла дотация из краевого бюджета в сумме 5 млн 230 тыс. И два с половиной миллиона зависли в виде усеченных номеров, задержанных зарплат и т. д.

“Девушку”, стало быть, заказывали отнюдь не коммунисты, а мы с вами, честные налогоплательщики. Вроде и не сильно дорого, но в условиях финансового кризиса, может быть, не стоит и такими деньгами швыряться?

Бесполезное - вредно?

Поскольку чтение районных газет вызвало у меня полное ощущение путешествия в прошлое - ей-богу, будто на чудом уцелевших заповедных островах социализма побывала, то попутно всплыл и соответствующий ассоциативный ряд. В частности, лозунг самого читаемого журналиста 70-х годов Анатолия Аграновского: “Бесполезное - вредно!” Экономисты ведь давно объяснили, в чем была главная ошибка коммунистов и почему распался Союз. Потому что при планово-убыточной экономике (понятие само по себе абсурдное) в стране существовало примерно 20 процентов предприятий, которые себя окупали и производили продукцию, нужную людям. Им бы помочь, закупить вовремя новые технологии, поддержать жизнеспособное - увы. У нас было принято поддерживать умирающее - чтобы все вместе тихо дышали на ладан и никому не было обидно.

Примерно то же сейчас происходит и с районками. На общем заунывном фоне приятно выделяются несколько изданий: Бикинская газета, Николаевская, “Анюйские перекаты”, “Охотско-эвенская правда” - при слабых технических возможностях она очень интеллигентно выглядит, и материалы разнообразные - про жизнь района, в отличие, например, от Тугуро-Чумиканского “Советского Севера”, где два номера подряд всю газетную площадь занимает речь В. И. Ишаева “О социально-экономическом положении края”. Зачем же так лоб расшибать? Не сталинские, кажется, времена, чтобы речь губернатора слово в слово публиковать, хватило бы и двухсот строк изложения. Тем более, следующие два номера отданы под перепечатку из “ТОЗа” - “Бэтмен летает в тайге”. Ну потрясающе интересная, а главное, злободневная и нужная газета!

Зато в Амурске, где все предприятия остановились, народ не получает зарплату и жизнь вроде бы замерла, тираж “Амурской зари” растет со страшной силой - уже 12, 5 тысяч расходятся без возврата. Это в самом деле много. Люди, что называется, в бутылке пива себе отказывают, а газету покупают. Потому что интересно.

Вот эти несколько районок и поддерживать бы материально, и зарплату сотрудникам приличную платить, и компьютерами оборудовать: уж если вкладывать во что-то деньги, так не зря, а с отдачей. Но у нас, оказывается, все по-прежнему делается по-советски: умирающим не дают умереть, им из бюджета перечисляют денег больше, чем тем, кто борется за жизнь. Что, на мой взгляд, неразумно.

Политический момент

Про пользу и бесполезность, безусловно, можно долго спорить. Какая, например, польза от картины на стене? Правильно, она дырку на обоях закрывает. А если не закрывает и вообще - страх смертный? Все равно почему-то нельзя снимать: людям, говорят, без нее неуютно будет. Они к ней привыкли. И вообще, в большинстве районок сотрудники старенькие, куда их девать? Я так банально полагаю - на заслуженный отдых.

И вместо 19 газет оставить, скажем, 8 или 9 - по одной, самой толковой, на несколько районов. Сколько денег сэкономится, а главное, те, кто победят в конкурентной борьбе, станут полноценными изданиями - с корреспондентской сетью, современным оборудованием, самыми работоспособными журналистами и проч. По-моему, рациональное решение.

Конечно, есть еще и политический момент. Будут выборы в Думу, будут президентские и губернаторские выборы. Понадобятся трибуны - чем больше, тем лучше. Но тут, пожалуй, уместно вспомнить про “девушку, которую танцуют”. Она себя как-то странно ведет, эта девушка. На других зачем-то засматривается, ветреница. Вот, например, чудная заметка из “Вяземских вестей”. Про Валентина Евгеньевича Цоя. Называется “Депутат Госдумы в Вяземском”: “Предвыборная кампания уже началась. Депутат рассказывает о своей программе убедительно. Уже к августу 1999 года обещает построить 12 тысяч квартир по стране. Может быть, что-то будет найдено для вяземцев и хабаровчан… Кроме того, В. Е. Цой привез цветные фотографии, где он запечатлен с известными личностями - А. Лебедем, Ю. Лужковым, Г. Зюгановым, Г. Селезневым и др. В общем, много чего хорошего рассказал депутат Госдумы на встрече с журналистами”.

Ой, как трогательно - Валентин Евгеньевич, оказывается, к большим людям вхож - не хухры-мухры, и пообещал, что “может быть, что-то и для вяземцев найдется”. А может быть, не найдется. Но люди наивны и доверчивы - наверное, весь район пойдет за него голосовать.

Край непуганого социализма. Кажется, как говорили классики, самое время пугнуть.

Александра Николашина

Источник: Молодой Дальневосточник