Герои Афгана с орденами, но без квартир

В следующем году исполнится ровно десять лет с того дня, как на пограничном Хайратонском мосту генерал Борис Громов, заключая вывод войск из Афганистана, сказал, что за его спиной не осталось ни одного советского солдата.

Но это была только часть подцензурной правды: командующий 40-й армии Громов прекрасно знал, что в Афгане еще оставались наши воинские формирования, прикрывавшие вывод войск. Просто тогда о них не принято было говорить. Майор пограничной авиации Александр Кукушкин был в их числе.

Так уж получилось, что свой последний боевой вылет в Афгане Александр совершил в свой день рождения, 14 февраля, ровно за день до мирной встречи “последней” колонны войск ограниченного контингента на Хайратоне. А всего на долю штурмана вертолета МИ-24 Кукушкина выпало четыре боевые командировки в Афганистан.

С детства он мечтал стать военным летчиком, благо авиационные традиции родного Ярославля без особых проблем позволили осуществить это желание - он закончил тот же самый аэроклуб, в котором начинала летную карьеру Валентина Терешкова. Затем - Сызранское высшее военное училище, ускоренный выпуск. И первым местом его службы стала Хабаровская авиаэскадрилья.

К тому времени афганская кампания была в самом разгаре, и практически весь летно-технический состав эскадрильи принял там боевое крещение. Многие наши офицеры, влившись в состав Марыйского авиаполка, выполняли колоссальный объем работ по обеспечению находящихся в Афганистане пограничных подразделений, сопровождали и прикрывали транспортные вертолеты и колонны наземной техники, выявляли опорные пункты моджахедов, наносили ракетно-бомбовые удары по месту их дислокации, осуществляли и фоторазведку. Душманы особо ненавидели наших вертолетчиков, уничтожить боевую машину или взять в плен советский экипаж считалось для моджахедов верхом воинской доблести. Не раз и вертолет Кукушкина попадал под такой обстрел. Особенно запомнилось ему первая серьезная переделка.

В тот день звено МИ-24 вылетело на задание с аэродрома туркменского городка Керки - предстояло уничтожить опорный пункт боевиков в часе лета от границы, в районе афганского города Меймене. Когда вертолеты, истратив весь боезапас, легли на обратный курс, ведущая машина напоролась на укрепрайон “духов”. Прозвучала команда срочно менять маневр и прятаться в складках местности.

Укрыться было негде, но что самое обидное - нечем было ответить. Положение для экипажа Кукушкина с каждой секундой становилось все более угрожающим, поскольку они замыкали эскадрилью. Изрешетив подшивку, снаряды уже стали рваться внутри кабины, осколком повредило радиостанцию. Чтобы спасти машину и людей, нужно было принять мгновенное решение. И Александр, резко рванув на себя штурвал, спикировал на позиции зениток.

Психологическая атака удалась. Только приземлившись на площадке подскока, летчики поняли, что их машина уже “отлетала” свое. Ее отправили на капремонт.

В последние дни вывода войск из Афганистана обстановка была до предела обострена: от угроз моджахедов, что тихо “шурави” уйти не дадут, боевики переходили к активным провокациям. По данным разведки, афганские душманы замыслили напоследок устроить акцию возмездия, вознамерившись уничтожить “живую силу противника” и разбомбить приграничный туркменский город Тахта-Базар. Только упредительная операция вертолетчиков не позволила душманам выполнить задуманное.

За этот бой капитан Кукушкин был награжден орденом Красного Знамени. Его ратный труд в Афгане был отмечен еще и орденом Красной Звезды и медалью “За боевые заслуги”.

Сегодня Александр Юрьевич продолжает свою армейскую службу, вернувшись в Хабаровск. Однако новому времени с его “новой” армией совсем неинтересны офицеры с таким послужным списком. Вот уже пятый год заслуженный летчик мается со своей семьей по чужим углам. И квартира ему так и не светит.

Игорь Захаров

Источник: Молодой Дальневосточник