Москва разрешила стрелять в наш герб

А недавно мы с коккершей узнали об одном факте - и факт этот просто вопиющ! И моя Доллина Сканди, с некоторых пор считающая себя не просто экологической собакой, а бывалой таежницей, прямо накинулась на меня: “Хватит писать про разных червячков и хомячков! Пора поднять свой голос протеста, а я тебя поддержу!” И в доказательство разразилась громким и злобным лаем, перепугавшим всю домашнюю живность, кроме маленького ребенка, который заливался веселым смехом, не понимая трагизма случившейся ситуации.

Уж не знаю, что имела в виду коккерша под “поднятием голоса протеста”, но молчать скромному натуралисту-любителю, в отличие от серьезных ученых, и вправду совесть не позволяет.

ВРЕДНЫЕ СВЕДЕНИЯ

О СЕРЬЕЗНЫХ УЧЕНЫХ

С детства волновал меня вопрос: чем отличается натуралист-любитель от серьезного ученого? И уж сто раз пытался я ответить на него в “ковчеговой” колонке, но вот вам сто первое отличие.

Натуралист-любитель любит и наблюдает окружающую его живность без различия пород и оттенков. И классифицирует ее по абсолютно ненаучным признакам, типа: собачки бывают домашние и бездомные. А главное, он убежден, что все живое имеет право на жизнь. Ну, может, кроме паразитов. И то - уничтожение их есть вынужденная мера. Если, к примеру, моя коккерша начинает со страшной силой чесаться, а я избавляю ее от этой вредной привычки путем мытья замечательным шампунем “Mawips”, взятом в моем любимом зоомагазинчике на Дзержинского, то я, конечно, сметаю с лица земли энное количество блох. И что, есть какая-то гуманистическая альтернатива?

А серьезные ученые классифицируют живность по-иному. Например, одну надо охранять и заносить в Красную книгу, а другую гноби, кто хочет. И эти ученые, даже канареек или морских свинок дома не держащие, сидят в своих кабинетах и решают: кого из живности в эту Красную книгу занести, а кого из нее выкинуть. Вот последнее и есть вопиющий факт, возмутивший нас с коккершей до глубины наших душ.

ВОПИЮЩИЙ ФАКТ

Вот в чем он состоит.

Государственный комитет Российской Федерации по охране окружающей среды своим приказом № 569 исключил из Красной книги белогрудого, или гималайского, медведя.

Как только рука не дрогнула у председателя этого комитета Данилова-Данильяна, когда он этот приказ подписывал! Да, видно, не дрогнула - что этому Данилову-Данильяну наш дальневосточный белогрудкаѕ

А он, может, из всех таежных зверей самый незащищенный.

ГРУСТНЫЕ СВЕДЕНИЯ

О БЕЛОГРУДКЕ

Он, вообще говоря, на людей никогда не нападает, питается тем, что Тот, кто там, наверху, послал, а зимует в дуплистых деревьях. И с каждым годом жить ему становится все труднее.

Во-первых, когда горят леса, первыми сгорают сухие дуплистые деревья, и часто белогрудка не может найти себе зимовье и погибает. Во-вторых, сгорают кедровники, кормившие белогрудку. А в-третьих, браконьеры, игнорируя Красную книгу, бьют белогрудку при первой возможности и остаются безнаказанными.

Заместитель директора Лазовского заповедника С. Хохряков рассказал в моем любимом журнале “Зов тайги” такую историю: “Промысловики стали активно закрывать свои лицензии на бурого медведя, сдавая на приемные пункты туши по 60 - 90 кг. Ну не растет больше бурый медведь в уссурийской тайге! Когда по нашей рекомендации охотоведы стали требовать прилагать к закрытой лицензии еще и какой-нибудь определительный признак вида медведя (ухо, лапа), то число “сгоревших” лицензий резко возросло”.

Добыть белогрудку в сто раз проще, чем его бурого собрата. Там нужно найти берлогу, раскурочить ее и с некоторой опасностью для жизни ждать, когда выскочит разъяренная бурая туша. А тут - найди дерево, где белогрудка сладко спит, спили - всего и делов. И небольшой вес белогрудки - как раз плюс для поганых браконьеров: легче из тайги вынести. А целебные желчь и сало белогрудки ничуть не хуже, чем у бурого медведя. Не говоря о шкуре, которая на черном рынке стоит дороже бурой.

Бедный белогрудка! Набирается сейчас жиру, ищет дупло для зимовки и знать не знает о приказе № 569 Данилова-Данильяна.

КОМУ ЭТО НАДО?

Знаешь, сказала мне коккерша, давай я свою версию выдвину. Во-первых, потому что ум мой, в отличие от некоторых людей, неограниченный. А во-вторых, если я чьи-то интересы задену, в суд-то на меня не подадут.

И вот ее версия.

Как говорят криминалисты, ищите, кому это выгодно? Простым людям и коккерам выгодно исключать белогрудку из Красной книги? Нет. Они ее вообще только на картинках видели. А вот разным акционерным обществам промысловых охотников? Они этих белогрудок на миллион баксов за зиму набьют (желчь, сало, шкуры). А еще - всяким туристическим фирмам, предлагающим иностранцам “дальневосточное сафари”. Одно дело - на берлогу бурого медведя их возить, другое - на белогрудку, которого голыми руками брать можно. И не проблема деревья, где белогрудки зазимовали, крестиками пометить и тропки к ним для иностранных охотников протоптать.

А каким-нибудь местным научникам, чтобы они Данилову-Данильяну написали, что, мол, гималайские медведи типа Ursus thibeatanus у нас в Уссурийской тайге буквально как кролики расплодились, и уж просто не знаем, куда их девать, эти самые заинтересованные лица бутылку хорской водки поставили. Или шкуру белогрудки в виде коврика пообещалиѕ

Может, конечно, коккерша и не права, но белогрудке от этого не легче.

КСТАТИ, О БЕЛОГРУДКЕ

В XXI веке, если доживу, подросший маленький ребенок спросит:

- Деда, а что это за живность изображена на гербе нашего замечательного края?

- Корова Стеллера, - отвечу я, и коккерша одобрительно гавкнет.

Это у нас с ней юмор такой. Черный. С белой полоской.

В. Коркин

Источник: Молодой Дальневосточник