Кабачков и языкознание. (Почти по НТВ)

Действующие куклы:

Глаголубб, доцент-марксист, одновременно тайный гегельянец

Сергей Бананов, милиционер-уклонист с литературным уклоном

Вольф, заступник-любитель

Перемерзенцев, новый русский комсомолец

Кавышинский, в прошлом сучкорез, в будущем прокурор

Ильинишна, партийная кличка - Маняша

Максимилиан Кабачков, большевистский поэт-порнограф

(Все, кроме Кабачкова, - депутаты различных дум)

Подпольная штаб-квартира коммунистов в городковой думе. Заседание партячейки замаскировано под вечеринку. Пыхтит самовар. Перемерзенцев разливает водку из самовара в расписные чашки. Пьяный поэт-порнограф безуспешно пытается поцеловаться то с Маняшей, то с Вольфом. Кавышинский что-то тихо напевает про Магадан. Наконец, председатель Глаголубб, проверив, нет ли слежки, начинает собрание.

Глаголубб: Как вы знаете, революционная ситуация в нашем городке созрела. Низы отмазываются. Верхи ходят на сторону. Мэр наделал столько глупостей, что население готово его серпом по молоту. Наша задача - по-ленински возглавить народное движение. Но надо честно отдавать себе отчет, что нас не хотят тоже. Поэтому предлагаю для верности обвинить мэра в связях с Чубайсом, а не с народом, а во-вторых, мы должны сегодня же составить обращение к жителям нашего городка и объяснить, как и почему мы их хотим.

Вольф (стыдливо): А в случае удачи мы сможем сделать мэром своего человека - какого-нибудь заступника народного…

Бананов: Делить должности потом будем. А сейчас предлагаю сосредоточиться на обращении. Мэра нужно в нем так обозвать, чтобы люди запомнили!

Кавышинский: Не обзывать надо, а исходить из того, что мэр - кровопийца нашего городкового народа, устроил геноцид похлеще Ельцина, он - настоящий Пол Пот!

Перемерзенцев: Вот давайте и напишем - красный кхМЭР, мол.

Глаголубб: Кх-м, ну какой же он красный? Он какой угодно, только не красный. Красные - это мы!

Перемерзенцев: И верно. Простите, товарищ (густо краснеет).

Бананов: А может, языком плаката? Товарищ Кабачков, что вы думаете про это?

Кабачков, поэт-порнограф: Про это?

Когда я думаю про ЭТО,

то славлю “лампу Ильича”!

Что делать, я люблю со светом

закинуть ноги на плеча…

Глаголубб: Очень хорошо, но при чем же здесь мэр?

Ильинишна: А я еще в райкоме была большим специалистом по средствам массовой информации. Предлагаю заклеймить мэра как газетного магната - Рупор МЭРдок!

Бананов: Да не рупор, а Руперт… Только какой из мэра газетный магнат?

Ильинишна: Ну как же, а рупор его - “Хабаровские лести”?

Бананов: Нет уж, пусть лучше про него говорят, что он накрылся мандатом, а не магнатом.

Кавышинский: Попрошу без непристойностей! Нам пристало употреблять только нормативную лексику, использовать знание вопросов языкознания, как учил великий Сталин.

Перемерзенцев: Эк вы завернули, товарищ!

Кавышинский: Если уж на то пошло, не забывайте, гражданин, что и ваша фамилия - ПереМЭРзенцев!

Перемерзенцев: Не, я в мэры не пойду, я в Госдуму, по партийным спискам…

Ильинишна: Раз мы вспомнили о литературе, нужно литературно про мэра и написать - ГоМЭР.

Перемерзенцев: Точно! Я и кино про него видел - “Одиссея капитана Блада”.

Кавышинский: Какого Блада, балда? Гомер - это писатель такой, только слепой.

Перемерзенцев: Ага, значит, мы таким образом намекнем на его политическую слепоту?

Кавышинский (мрачно): Нет, ГоМЭРом мы намекнем на его политическую ориентацию.

Кабачков (просыпаясь): У меня, у меня родился вариант - там и про коммунизм, и про мэра!

Когда я вижу комсомолку,

грудей произвожу обмер,

то истекаю втихомолку

любовным соком, наприМЭР…

Вольф (брезгливо): А без сексу неужели нельзя?

Кабачков: Да сколько угодно!

Люблю я женщину глазами,

грудей не делаю обмер -

“реформы” всё пообрезали…

Зато развился глазоМЭР!

В подпольную штаб-квартиру вбегает взволнованная секретарша.

Секретарша: Товарищи! Только что в приемную поступила телефонограмма от мэра. Он передал, что вы - народные извранники, депугады и, страшно сказать, товарищи, - думаки, думилы и думозвоны!

Раздаются возгласы:

- Откуда он узнал?

- Неужели среди нас осведомитель?

- Куда смотрит охранка?

Глаголубб: Ну все, нечего с ним чикаться. Перемерзенцев, пишите: МЭР - завец!

Конец четвертой серии

(Напоминаем, что сюжет “Кукол нашего городка”, а также действующие лица и куклы являются вымышленными. Досадные совпадения досадны).

Владимир Антонов

Источник: Молодой Дальневосточник