Кефаль, ты всегда думаешь о нас

На мысе Песчаном в заливе водились знатные пеленгасы - рыба такая обалденная из рода кефалей. В краевой газете, где я тогда работала, одну рыбину непременно вкладывали в праздничный паек - наряду с двумя килограммами мяса, куском сыра, палкой копченой колбасы, банкой растворимого кофе и пачкой чая со слониками. Сей незамысловатый набор в Совке символизировал избранность получателя (простым смертным не доставалось и того) и представление о буржуазном изобилии. Можно даже сказать, о гастрономическом разврате. Но не о том речь.

Семья моих друзей с Песчаного состояла из Толи и Гали, их дочки Леночки и Толиного брата Сережи - здорового амбала семнадцати годков от роду, совершенного недоросля. Он как бы учился в 10 классе, а на самом деле гонял балду, лопал за троих и день-деньской валялся на диване, чем страшно раздражал трудолюбивую Галю.

В один из моих приездов она спросила: “Ты когда-нибудь видела чудо?” “Нет”, - сказала я. “Сейчас увидишь”, - пообещала Галя и торжественно вынесла некий объемный предмет в форме параллелепипеда, обитый красный ситцем, типа игрушечного гробика. “Как ты думаешь, что это такое?” - спросила она. Я предположила, что это - саркофаг для хомячка, но, конечно, не угадала. “Это - футляр для пленки, - торжественно сказала Галя. - Сережа неделю над ним трудился”. Магнитофоны тогда в ходу были катушечные, бумажные обложки для бобин с пленками быстро рвались, вот Галя и предложила мальчику сделать полезную вещь для дома, для семьи. Он и сделал. Закрывалась эта штука на крючок, вроде деревенского сортира, а две обитые ситцем половины, выдолбленные из цельных чурбаков, скреплялись щеколдой, снятой, вероятно, с садовой калитки. Весило это сооружение килограмма полтора, не меньше. Мальчик очень обиделся, когда Галя ему сказала, что ставить данное рукомесло на полку опасно: у них в доме как-никак ребенок маленький, вдруг Леночка за ним потянется, а эта дура ей на голову упадет.

Но кое-какая польза от мальчика Сережи все же была: он ловил рыбу и иногда приносил в дом пеленгасов - красавцев в бронзовой чешуе. Толя их готовил бесподобно - в горшках, и только в горшках. Почищенную и нарезанную на куски кефаль обжаривают минуты три на очень сильном огне, чтобы внутри рыба была сырая, а снаружи образовалась золотая корочка. Также недолго жарят лук и морковку. Потом все это раскладывают по горшочкам, кладут в каждый очень много свежего укропа, солят, перчат, заливают сметаной, а еще лучше - густыми сливками, закрывают сверху лепешками (мука, вода и щепотка соли) и ставят на полчаса в духовку. Готовность определяют по запаху и цвету лепешек: когда они станут ярко-коричневыми, кефаль можно подавать на стол. Она вся такая истомленная, нежная и сливочная, как невеста. И думает исключительно о нас.

Наталья Степанова

Источник: Молодой Дальневосточник