Васин гризли пока гуляет по Аляске

У моего товарища, председателя экологического фонда “Зов тайги” Василия Солкина, была мечта - поохотиться на гризли или карибу. Но у нас эти медведи и олени не водятся, и Василий решил слетать на Аляску.

Тем более, у него там, в поселке Мак-Грэтс, живет друг - районный охотовед Джек Уитмен, который давно в гости звал. И вот Василий скопил немного баксов и нагрянул к Джеку. А домой вернулся без медвежьей шкуры или оленьих рогов, но с рюкзаком впечатлений, которыми со мной поделился. А я, значит, с вами.

Вообще говоря, я с детства знал, что Америка - дикая страна контрастов. И побывав там, убедился, что это именно так. Поэтому рассказ Василия как бы не должен был меня так уж сильно удивить. Тем не менее не только удивил, но, можно сказать, ушиб! Итак…

Прилетев на Аляску, пожав руку друга Джека и по-нашенскому отметив эту встречу, Василий спросил:

- Как насчет гризли, карибу, ну, на крайний случай, лосика?

- Ноу проблем, Вася! - ответил друг Джек. - Покупай лицензию, садимся на мой самолет и…

Нет проблем, подумал Василий и чисто ради формальности поинтересовался, хау мач ит? В смысле, почем в этой Аляске лицензии?

Ну и вот, хабаровские охотники, держитесь крепче за стул, чтобы не упасть! Лицензия на отстрел одной дичи, будь то гризли, лось или птичка, стоит для чужака 8 тысяч баксов. Причем по аляскинским законам чужаком считается не только россиянин Вася, но и житель соседнего штата. А для “своих” - совсем другой расклад.

“Своими”, которых официально называют “резидентами”, считаются люди, прожившие в штате Аляска 365 календарных дней и свыше. Причем абсолютно равные права и у коренных индейцев, и у, допустим, какого-нибудь араба или пуэрториканца, приехавших сюда всего год назад. И лицензия для резидента стоит всего 32 бакса. По этой лицензии резидент имеет право в течение года замочить одного гризли, одного лося, двух оленей карибу и любое количество мелкой дичи и рыбы.

А теперь прикиньте: что для аляскинца выгоднее - купить за 32 бакса лицензию на год (при средней ежемесячной зарплате 1000 долларов) или потратить эти деньги на флакон виски, выйти за околицу и пульнуть в рябчика, за что заплатить штраф в размере лицензии для “чужака”?

То-то и оно. Американцы деньги считать умеют. Поэтому на Аляске даже на имя грудного младенца папаша покупает лицензию, что позволяет ему добыть уже двух гризли, четыре карибу и тэ дэ. А браконьеров среди аляскинцев просто нет!

Зато браконьеры катят на Аляску из соседних штатов и Канады. Точнее, на личных самолетах летят. Ну, жалко им 8 тыщ баксов за оленя или рябчика выкладывать. И тут уж охотоведы и рейнджеры (лесные егеря) по полной оттягиваются.

Нам это не сильно понятно, но я же говорил: Америка - дикая страна. Егеря и охотоведы тоже, естественно, на самолетах летают, им эти самолеты департамент рыбы и дичи выдает. Но слегка подержанные. И когда тот же Джек Уитмен попросил у начальства новый самолет, ему сказали: “Ты чо, ваще? Лови браконьера и реквизируй у него самолет. Всего и делов”. Потому что по закону штата Аляска у браконьера не только карабин конфискуется, но и средство передвижения. Да плюс еще жуткий штраф!

И вот Джек с Васей поймали браконьера-”чужака”. Все доказательства - на месте: убитый лось, отсутствие лицензии и - классный самолетик. И Джек уже мысленно ерзал в удобном кожаном сиденье как бы уже ставшего родным летательного аппарата. Но тут этот поганый браконьер, понимая, что его карта бита, докурил сигару и бросил ее в бензобак. И самолет взорвался! То есть, решил этот чужак, штраф все равно придется платить, а крылья пусть лучше сгорят, чем врагу достанутся!

Ну, такую неудачу Джек с Василием решили залить виски и с комфортом расположились на бережку какой-то речки. И знаете, какой тост произнес Джек? “Выпьем, - говорит, - за то, чтобы у вас в России не переводились дураки!” Василий, конечно, сильно изумился и даже как бы на свой счет такой тост принял вместе с сопутствующей огненной водой, но Джек пояснил. Аляска, оказывается, строит свою внутреннюю политику на поддержке профессиональной охоты и платит трапперам за соболиные шкурки, по качеству весьма хилые, столько, сколько стоят лучшие в мире наши баргузины. Но американцы предпочитают покупать меховые изделия именно из русских соболей. А вот “новые русские” - главные покупатели аляскинских собольих мехов, потому что “made in” и есть чем дома похвалиться - “вот за такие бабки эту шапчонку купил!”.

Тут застолье прервалось шумом мотора, в берег ткнулась лодка, из которой вышла маленькая девочка и попросила помочь “выгрузить мясо”.

“Мясо” оказалось здоровенным лосем, а на вопрос потрясенного Василия: “Ты что, сама его?” - одиннадцатилетняя Кэмрын Кокс ответила: “Ну! У меня лицензия есть”.

А у Василия, как мы знаем, лицензии не было. И улетел он домой без всяких трофеев. И вот его резюме: если у нас в родимой России все законы направлены на поощрение браконьерства (лицензии дорогие, а штрафы - семечки), то в Америке законы практически исключают для местных жителей желание их нарушать. И если бы Джек прилетел в гости к Васе, хозяин ему любого зверя под карабин мог подставить по законам гостеприимства, а на Аляске этот Джек неделю мялся и уж под занавес себя преодолел и тихо сказал Василию: “Вон на заднем сиденье джипа карабин лежит, я зажмурюсь, а ты одного рябчика пульни”.

А там этих рябчиков вдоль дороги - как грязи! Но Василий гордо отказался. Рябчиков и у нас в Уссурийской тайге полно. Да и вообще - лицензии за 8 тысяч баксов у нашего человека на Аляске может и не быть, а гордость-то не пропьешь!

Вот и все про это глупое “сафари” нашего земляка на дикой Аляске.

Юрий Шмаков

Источник: Молодой Дальневосточник