День рождения - как повод помыть руки

Некоторые еще помнят: был когда-то такой праздник не праздник, но хороший повод выпить - 22 апреля, день рождения Вовы Ленина. В этот день никогда не упускающий любой повод народ выходил на улицы бревнышки потаскать, симульнуть на субботничке, вступить в пионеры и т. д. Со временем красный бёздэй забыли, и, на наш взгляд, не совсем заслуженно. Поэтому в минувшее 22 апреля редакции газет “МД” и “МК” в Хабаровске” решили напомнить хабаровчанам, что был такой парень - Владимир Ильич, и что на самом деле он являлся совсем не тем идолом и рублем, каким сделали его в советское время, а обычным живым человеком. Он, как и все, умывался, чистил зубы, ботинки и одежду, мыл голову и уши и хоть редко, но пользовался расческой. В 17.00 напротив магазинчика “Тайны ремесла” наши люди принародно развенчали Ильича.

Суть акции заключалась в следующем: проходящим мимо людям предлагалось совершить нехитрые операции - помыть с мылом руки и лицо из специально поставленного на Карлухе древнего умывальника, здесь же почистить ботинки и куртку, а также прочитать любимое стихотворение о Ленине, рассказать о нем историю, спеть революционную песню и отведать специального фирменного напитка “Ленин в розливе”. В качестве поощрения за проявленную смелость бесплатно раздавались предметы гигиены - зубные щетки, пасты, шампунь, стиральный и чистящий порошок и многое другое.

С первых же минут действия на пятачке перед умывальником собралась нехилая толпа.

Хабаровский народ по природе аморфен, но все же приколов мы нахватались выше крыши. Безусловно, основное количество как аплодисментов, так и проклятий сорвал главный тамада Владимир Ильич (переодетый корреспондент). Благодаря стараниям гримера ТЮЗа (за что театру большое спасибо) его было не отличить от собрата в Мавзолее. Да и картавил он как живой.

Классно сработала бесплатная раздача мыла. Халява, знаете ли, великая сила - когда люди поняли, что на шару можно урвать мочалку-другую, от желающих “помыться под Лениным” не было отбоя. Наш славный чистильщик обуви по имени Череп уверяет, что пропустил через щетку одних тетушек десятка четыре.

В какой-то момент к микрофону прорвался некий историк, который вогнал толпу в непонятки историей про “конскую рыбалку”. Ею-де Ильич усиленно занимался во время вынужденного безделья в Разливе. Что это такое - никто не понял, но парень ушел со стойким прозвищем “Конский историк”.

Не обошлось и без недовольных - внимание людей привлекали двое колоритных пенсионеров: один, с палочкой и безумным блеском в очках, брызгая слюной, доказывал, что до полного коммунизма нам оставалось каких-то полтора шага. Его слушал другой старичок, но ничего не понимал, так как он остановился отдохнуть, потому что был пьяный и уставший.

Одна бабуля расплакалась, но от счастья. “Я, - говорит, - думала, здесь де-е-ню-ю-шшки-и будут собирать на цветочки Ленину, а мне вместо этого целую сумку подарков дали”. “Не бери, дура, все отравленное или просроченное”, - шипел стоящий рядом дед, сжимая в руке коробку зубочисток. Он весь вечер бормотал анафемы и проклятья.

Подошли милиционеры. Они знали, что акция не санкционированная, но не знали, что делать. Они делали то шаг вперед, то два шага назад, и были явно не прочь высказать свои обычные апрельские тезисы (ну, там, “откройте, милиция” или “пройдемте в отделение”). Когда наш сотрудник Сергей подошел угостить их напитком “Ленин в розливе” - обычной минералкой, они дружно замотали фуражками - мол, на работе не пьем.

Весело было: и бич проникновенно цитировал Маяковского, и голову кто-то в умывальнике помыл, и Крупскую нашу в ресторан тащили, и Ленин автографы раздавал чистыми руками, и свет нам некстати выключили, обломив классно звучавший гимн, и флейты играли “Марсельезу”, и тетушка была малохольная - на коленях под портретом стояла, и майор при параде выклянчил у нас блок-схему Октябрьской революции для наглядной агитации, и “Интернационал” спели под занавес.

Все-таки приятно было видеть в этот весенний день, что не все еще в нашем городе сошли с катушек. И что символично, смывая с себя грязь социалистического прошлого, люди стремятся к личной гигиене.

Макс Молотов

Источник: Молодой Дальневосточник