Мост под “домашним арестом”

Уже несколько месяцев один-единственный человек тормозит строительство одного из участков автомобильного моста через Амур

Все-таки Россия - страшная страна. И мы все тоже лицом-характером в родное отечество удались. Именно поэтому могу в душе посочувствовать гражданину А. Савушкину, упорно не желающему освободить место для строительства эстакады. Перегиб в его сознании обусловлен исключительно средой обитания.

Сама же история такова. Домишко по улице Тихоокеанской, в котором обретается гр. Савушкин, самым, как казалось бы каждому, счастливым образом попал в зону строительства моста через Амур. Счастливым потому, что само жилище построено было в 1938 году и при своих 70 процентах износа не сегодня-завтра может рухнуть. И если бы не мост, то никто никогда расселять в благоустроенные квартиры Богом забытых жителей района мясокомбината не стал бы. А получить жилище с удобствами у нас и в былые-то годы счастьем великим считалось, что же про сегодня говорить? Александр Яковлевич, однако, радоваться не спешил.

Два предложенных один за одним варианта жилья в Северном микрорайоне были Савушкиным отвергнуты однозначно. Даже смотреть отказался. Аргументов было им самим приведено множество, но меня лично покорил один. А что, говорил упорствующий домовладелец, если до меня в этой квартире, пусть и новой планировки, какие-нибудь люди больные жили? Заразные… И я, гр. Савушкин, не ровен час, заболею и умру. И вообще, в странах цивилизованных все нормальные люди в своих домах живут. Короче, на сегодняшний день строительство нового кирпичного домика для Савушкина на берегу Амура площадью в 50 кв. м практически завершено.

Но и с новым домиком все оказалось далеко не просто. Сотрудники службы заказчика краевого комитета по строительству, которым Савушкин за время решения его квартирных вопросов стал все равно что “родным”, уже морально настроились на суд. Из всех трех предложенных участков под строительство нового жилья Александра Яковлевича опять же ни один не устроил. В подобных случаях предлагающая сторона (получив от клиента третий отказ) вправе решить вопрос в судебном порядке, о чем, собственно, Савушкину и было сообщено. Взвесив свои шансы, тот быстренько удовлетворился третьим вариантом и дал долгожданное “добро” на строительство.

Таким образом, все законы, как ни удивительно, были соблюдены, и пусть души работникам службы заказчика Александр Яковлевич поизмотал, те отнеслись к нему с должным вниманием. И требования все удовлетворили. Чем не повод наконец-то полюбовно разойтись? Увы, сам Александр Яковлевич насиженное место покидать не собирается до того момента, пока новый дом ему “под ключ” не сдадут. И не то что жить этому человеку совсем негде: у Савушкина в самом центре Хабаровска живет супруга, с которой, по неофициальным сведениям, он проживает. Только доказать это весьма проблематично. Да и вообще, дом старый свой Александр Яковлевич просто под снос отдавать не желает. А желает самолично его разобрать. Мол, в хозяйстве любая дощечка сгодится, бревнышко любое. Пусть и шестидесятилетней давности…

Кому-то А. Я. Савушкин может представиться борцом за справедливость, который, не убоявшись “машины угнетения”, государства то бишь, добился- таки своего. Однако есть факты, говорящие далеко не в пользу правдолюбца. Дом Савушкина, что на Тихоокеанской, построен был изначально на двух хозяев. Одной половиной владели его родители. После их смерти эта половина дома отошла, согласно завещанию, брату Александра Яковлевича, который в свое время прописал туда своих дочерей. Они, кстати, получили новое жилье в центре Хабаровска, чем вполне довольны. Сам же Александр Яковлевич прописан на второй, не “фамильной” половине дома. А на жилплощади, некогда принадлежавшей бабуле - Т. В. Ивановой. И прописан Александр Яковлевич там с года 1989. Причем старушка, завещавшая жилплощадь человеку в полном расцвете сил (сегодня Савушкину нет и пятидесяти), умирает двумя годами позже в интернате для престарелых Краснофлотского района. С чего это бедная женщина из чистого альтруизма поселила у себя человека, а сама спокойно уехала помирать в дом престарелых?

Ветхий скособоченный домишко и по сей день стоит. Во дворе - пес, который, облаяв меня, спокойно вышел через недостающую часть забора. С другой стороны, почти впритык к злополучному дому, работал трактор. Долго ли еще продержится Александр Яковлевич? А может, опять откажется от персональной новостройки, и тогда дорога к Амуру изогнется этакой буквой “зю”? Хотя вряд ли - в нашей стране новое жилье, да что там, жилье вообще, всегда и по сей день является высшей человеческой ценностью. Из-за него убивают, засаживают родных стариков в дома инвалидов, бесконечно судятся. А иногда просто срывают сроки крупного, краевого масштаба строительства.

P. S. Фамилия главного героя изменена.

Анна Зограф

Источник: Молодой Дальневосточник