Проезжая мимо станции и глядя на природу в окно

Я последнее время какая-то затворница стала. Почти никуда не хожу и не езжу: дом - работа, дом - работа. Одна и та же чиновничья улица Ленина, один и тот же городской пейзаж. Вроде как и примелькалась картинка. Вроде, думаешь, и ничего наш городок - не Петербург, конечно, но вполне терпимо. Чисто, во всяком случае, а местами даже почти красиво. Богачи офисов разных понастроили, особняков - мне лично наплевать, на какие деньги. Зато город стал похож на город.

Но вот недавно с крыши упала и съездила на автобусе на второй Хабаровск, и такое уныние меня охватило - словами не передать. Автобус идет минут двадцать, а за окном сплошной чередой - бараки, бараки, бараки, какие-то цистерны ржавые, помойки, изредка - нарядные киоски с сигаретами и жвачками (как бы неуместные брошки на рваном платье), потом снова бескрайние грязные лужи, а в этих лужах дети копошатся, радуются чему-то, глупые, кораблики пускают. Всюду, называется, жизнь. И вдруг посреди всеобщего безобразия - дерево на фоне заката. Переплетение веток на желто-сиреневом небе. Тончайшая графика. Хоть сейчас - в кадр или на эмалевую миниатюру.

Господи, как похоже на нашу грустную Россию! Когда едешь на поезде через всю страну, впечатление остается примерно такое же - дымные грязные города, замызганные деревни, неухоженные поля, болота, свалки - как будто мы не живем на этом свете, а положенный срок отбываем. Зона - она и есть зона, чего ее обустраивать? Но изредка открывается такой пейзаж, что становится понятным, о чем тосковали поэты в эмиграции и за что мы все-таки любим родину родную, не побоимся этого слова, мать нашу.

И еще мне кажется, что российские ландшафты - зеркальное отражение жизни как таковой. Суета, безденежье, скука, мерзость, хамство, криминал - куда от них денешься? Однако нет-нет, и радость нежданная мелькнет, любовь или друг, как Елена Камбурова поет, хоть один, да и встретится…

Но, в сущности, так жить нельзя. Из детей, которые сейчас невинно копошатся в лужах, за редким исключением вырастут новые уголовники и наркоманы - это несомненно. И осуждать их за это не стоит. Если для человека с ясельного возраста норма - грязь и убожество, то виноват не он, а тот, кто ему эту норму обозначил. В данном случае даже не родители - несчастные люди, которые родились в этих бараках, в них, наверное, и умрут.

Кстати, многие мои знакомые и я сама выросли тоже в деревянных домах. Но к домам прилагались еще и очаровательные дворики с сиренью, астрами и георгинами, видом на Амур, запахом воскресных пирогов и звуками радиолы из открытого окна, игравшей танго “Серебряные струны” или “Маленький цветок”. В нашем детстве была скромная поэзия. В детстве людей, которые жили до нас, поэзии было еще больше. Набоков - “Машенька”, Бунин - “Темные аллеи”. Нам с нашими радиолами и георгинами до них далеко.

Но тем, кто сейчас растет в полуразваленных бараках, увы, далеко уже до нас.

Примечательно, что улица, где эта страхота расположена, носит громкое имя “Проспект 60 лет Октября”.

Более символического имени при всем желании трудно придумать. Недоброй памяти советская власть сама себе воздвигла жуткий памятник. Молчанием, что ли, ее почтить? Или поздравить с днем международной солидарности трудящихся?.. Право, теряюсь.

Александра Николашина

Источник: Молодой Дальневосточник