Я - не солдат, а мастер лопаты

Из пяти месяцев службы четыре рядовой Лалов провел по госпиталям, а призван был совершенно здоровым

«Я СОРВАЛАСЬ ПО ПОСЛЕДНЕМУ ПИСЬМУ…»

Анжелина Сергеевна Лалова - человек решительный, не сказать бы - крутой. Но не в смысле пресловутой распальцовки и умения качать свои права, конечно же, хотя сегодня у военных есть большое искушение представить ее именно такой. Ну подумать только: приехала, всех со своим сынком застроила, пообещала поднять на них комитет солдатских матерей. И при этом никого не боялась и курила без конца.

Ужас-то какой.

Конечно ужас. Если человек на вас письмо в приемную президента страны написал. С просьбой что-то сделать с этими отцами-командирами.

Вот так просто - сел и написал. Что, мол, сами мы - сахалинские, живем практически на юге, но на Сочи совсем не похоже. Есть такое место под городом Поронайском - поселок Вахрушев, который дает тепло и свет всему Сахалину, там ГРЭС и открытый угольный разрез, названный почему-то Лермонтовским.

Анжелина Сергеевна как раз там и работает.

И уж так сложилось, что сегодня она осталась главным в их доме кормильцем. Как мужу Евгению Викторовичу дали по онкологии группу инвалидности и он ушел с работы, и произошло это все как-то мгновенно. Как обухом…

Конечно, трудно стало. Почему, в частности, и сыну Виктору пришлось свернуться со своей учебой во Владивостокском морском колледже и призываться со своим возрастом. Чтобы, как сам он и посчитал, не терять годы. И призвали безо всяких с его стороны проблем. Произошло это, кстати, 26 мая. Под самое завершение весеннего призыва.

Ну а дальше пошли какие-то непонятности со здоровьем. Уже через две недели после того как новобранцев перевели из Уссурийска в бикинскую учебку, Виктор подхватил простуду, затем ангина началась. Как в таких случаях водится, думали - «расходится» парень да и рассосется все.

Ну а через месяц - отозвалось: температурил, температурил, и всё на ногах, и свалился. Прямо на полигоне. Сознание потерял. Ребята его на руках в часть донесли и в медсанбат.

- Похоже, что не косит, - оценили там доставленного.

Так парень оказался в реанимации. В Хабаровске, в окружном госпитале, куда его доставили как экстренного больного. А в общей сложности провел он на больничной койке больше двух месяцев. 12 августа его подготовили к выписке, с рекомендацией лечащего врача - предоставить рядовому Лалову месячный отпуск, длительностью 30 суток. Чтобы окрепнуть. И вернули его в часть. Как велят правила. С требованием показаться пульмонологам ровно через месяц.

А в части никакого отпуска никто оформлять не стал. Не получали, говорят теперь, никакой такой выписки. Или получили да выбросили: проверь попробуй, не следователь ведь Анжелина Сергеевна. Не получали. И глаза при этом честные-честные, когда она с ротным стала беседовать. Мол, даже если не получали, но ведь заездили пацана! Через два месяца госпитального лечения - и в строй, на общих основаниях?!

Так выписали же. И будь добр - служи. А почему это он, мамаша, не должен был со всеми уголь разгружать? Готовить к учениям полигон, косить, мести, красить. Служить, короче. Отпуск, видите ли, ему положен!.. И ведь даже через месяц на назначенное обследование в Хабаровск Виктора никто не отправил. А зачем?

…А дома заволновались сразу, как только он перестал отзываться на письма. Одно в самом начале, майское еще, только и получили, и терялись в предположениях: ну что там с ним случиться могло? Почему замолчал, это было на него совсем непохоже. Знал ведь про отца и какие проблемы дома.

И ведь часть-то тоже не отзывалась, хотя Лаловы и на командование написали, и бессчетное число раз - на сына. Анжелина Сергеевна, даже не побоясь народ рассмешить, стала помечать письма на в/ч 31963, в славный город Бикин, красным фломастером. Что, мол, просьба не беспокоиться: «Денег нет!». Ходят же слухи, что потрошат письма из дома, ищут заначку, потому часто и не доходит корреспонденция до новобранцев. А бог их знает. Но даже и это не сработало. Молчали все.

И вдруг - откликнулся. Пришла от него весточка. Причем с жуткой обидой, почему нет от вас писем (?!), я ничего от вас не получал (?!), а концовкой так почти добил - как про реанимацию прочитали, про госпиталь и про отпуск несостоявшийся, и про то, что в начале сентября слег с новой пневмонией и отвалялся в бикинском госпитале, отправили назад, в санчасть, на реабилитацию, а температура никуда не исчезла, ставят хронический гнойный бронхит, и с каждым днем боли в легких всё сильнее, и кашель такой жуткий, что приходится складываться в гармошку, и что нужно в 301-й госпиталь, обследоваться нормально, и толку-то? Никто ничего не предпринимает, ни в какой Хабаровск везти не собираются, а у меня состояние такое, что просто качает. Боюсь, что все закончится печально…

«ТЫ ТОЛЬКО ШУМ НЕ ПОДНИМАЙ…»

Дома все были в шоке. Чтобы их Витька да с воспалением легких свалился? С каким-то «дамским» бронхитом? Здоровый, крепкий, справный пацан. Спортивный, не хлюпик. Да что смеяться?! Единственный раз, когда с ним обращались к врачам по детству, лет в десять это было, и то по пустяковому расстройству. Да ведь у моря вырос! Как только путина - в воде по пояс торчал, целыми днями, у невода, на рыбалке, потом синепупый вылезет: руки - крабом скрюченные, весь в мурашках, да хоть бы одна сопля упала…

А туманы, а сырость? Не знали с ним, что такое ангины. Все зимы - с голой шеей, без шарфа. Да ладно бы только про Сахалин, ведь он и во Владике не болел за учебу ни разу. А тут предъявляют мне какого-то, прости, Господи, дохлика…

Анжелина Сергеевна, как только письмо дошло, мгновенно оформила отпуск за свой счет, оставила больного мужа на больную же свекровь и - на материк. Первым же паромом.

В Бикин добралась на вторые сутки дороги, уже под ночь. Сил хватило только на то, чтобы сыну свой испуг не показать, когда он действительно сложился в гармошку и, как говорит Анжелина Сергеевна, что и без всяких там «слушалок» было ясно, как ему плохо; и не наломать дров от большого расстройства. Правда, сразу неприятно удивилась одному, насколько же Виктор стал «предупредительным»: «Ты только шуму не поднимай, мам, пожалуйста. Уже и так достали…»

Это после родительских депеш - реакция случилась такая. Когда два старших сержанта, которым буквально было поручено помочь младшему по званию рядовому Лалову осуществить связь с домом, объяснили тому, что к чему. Усадили за стол, дали бумагу и конверты, и тот под их диктовку, иронические комментарии так и написал: что все у него в порядке, служба идет, Отечество вне опасности, не беспокойтесь. Ну а чтобы уж наверняка сработала почта полевая, таких письма было отправлено на Сахалин сразу два.

Смешно, конечно. И остроумно просто весьма.

…Сна не было совсем, и она бесконечно выходила из гостинички, куда ее определили в части на ночлег, на воздух, покурить. Вот - картинка. Солдатик, дневальный, стрельнул у нее сигаретку. «За жизнь» с ним разговорились, и вдруг он рухнул как подкошенный. Как стоял, так и растянулся во весь рост. Она - к нему, скорей поднимать, приводить в чувство. А он - от недосыпа, обессиленный. Дежурил за кого-то.

Так и не уснула в ту ночь, впечатления сильные не дали. Всё в голове крутились факты, какие-то обрывки увиденного: странные дела, вот Витин призыв - на две сотни бойцов всего трое школу полностью закончили, такой расклад… и ведь не война, не в Чечне, а что ж так много перебинтованных да побитых бродит по части?.. и почему-то многие с лопатами, как будто присягали ей на верность…

- Да тут мы все, мам, стали лопатных дел мастерами: лопатой копаем, косим, гвозди забиваем. Главный военный инструмент, - поняла, что не анекдот. - Тогда зачем наши пацаны - такой армии? Убейте, не пойму.

А наутро стала выяснять у местных медиков - так что у сына за напасть? И получила исчерпывающий ответ:

- Новый коллектив - новые инфекции…

Понятно, разобрались. Тогда почему он - в строю? Хроник, с гноем в бронхах, со свистом в легких, с температурой?.. Да все как-то оказии не было.

Потом еще сутки понадобились, чтобы его нормально одеть. В том смысле, что ровно сутки ждали, когда объявится в части прапорщик, который ведал амуницией.

Короче, какой коллектив, такие и инфекции.

…Сегодня Виктор в Хабаровске. И похоже, что комиссуют.

Ирина Полникова

Источник: Молодой Дальневосточник