Похождения “зомби” в Хабаровске

Битых властью у нас всегда больше небитых любили - ментальность, объясняют, такая. На чем порой и ловимся.

Как участники одной недавно приключившейся в Хабаровске операции во спасение бывшего чеченца, о которой и пойдет речь.

Виталий Василенко, как он значится по временным документам, приехал в Хабаровск за правдой. Из самого Магадана добирался, где ему, прошедшему Чечню и плен, вместо участия и помощи по возвращении на свою детдомовскую родину бездушные военные чинодралы продемонстрировали… его же могилу на городском кладбище: ты погиб при исполнении, докажи обратное. И отправили прояснять ситуацию в округ, к генералу Сметане.

Единственно, кто помог Виталию в эти страшные дни, был педколлектив его родного детдома в пригородной Палатке: сколько могли, собрали парню денег на теплоход до Владивостока, а оттуда ехал зайцем на поезде. Бригадир сжалился. А в Хабаровске - без знакомых, без копейки - сразу же пошел в комитет солдатских матерей.

И на бегу, страшно волнуясь, поведал о своих хождениях по мукам.

Все выглядело следующим образом: в детстве он остался без родителей - погибли в аварии, соседка отдала его в артемовский детдом. Когда он пошел в школу, перевели под Магадан, в Палатку. Здесь и в армию призывался, в мае 1994 года - после нескольких отсрочек по поводу учебы в железнодорожном техникуме, и попал сразу в Чечню. Повезло, что ненадолго. Затем со всей бригадой ВДВ его перебросили в Таджикистан, перекрывать наркопути. Но охраняли они также и такие мирные объекты, как нефтепровод, к примеру, во время одного из дежурств у которого его и взяла вместе со всем нарядом в плен оппозиция. А дальше - Афган, полтора года плена, выжили и бежали только пятеро, чудом добрались до русского консульства в Ташкенте, а оттуда военным бортом - в Москву, прямо к министру обороны Родионову. От которого и узнали, что им инкриминируется измена Родине и грозит семь лет лишения свободы. И если бы не солидарность комитетов солдатских матерей - тех мест, откуда бежавшие из плена друзья Василенко были родом, быть бы им и Виталию по сей день в тюрьме.

Обидно, когда ты никому нужен. За ребят вступились на местах - и в Брянске, и в Уфе, и в Питере, началось квалифицированное расследование, добиваются реабилитации, а в его родном Магадане от него все отвернулись…

На календаре была пятница, 6 марта, короткий день, нормальной реакцией Валентины Васильевны Решеткиной было пристроить - до всех разбирательств - парня на три долгих выходных. Чтоб не на вокзале ночевал. Помощь предложили “афганцы”. Юрий Рошка, выслушав короткое предисловие Решеткиной, примчался в комитет и забрал парня к своим. Его мигом обследовали в реабилитационном центре, снимки показали наличие плеврита, договорились со стационаром и стали ждать новой рабочей недели, чтобы устроить ему аудиенцию в штабе округа с генералом Сметаной.

Но ничего этого, однако, не понадобилось. Легенда лопнула после нескольких междугородных переговоров с Уфой и Магаданом. Местный военком просто потерял дар речи, услышав про “именное” захоронение: слава богу, Чечня и Таджикистан, как и прочие негорячие точки, не дали магаданцам ни одного “груза 200″. Готов подтвердить под присягой. И в списках призывников всего 1994 года никакого Василенко Виталия Евгеньевича не значится. И в Палатке, где действительно есть детдом, не припомнили о таком воспитаннике. Тем более, снаряженном на последние кровные в дальний путь по морю. В Уфе же подтвердили: знаем такого гастролера. И очень хорошо. И про плен, и про его Чечню наслышаны, и про суд по реабилитации пятерки смелых в Санкт-Петербурге - ездили туда, проверяли, полная туфта! А самого Виталия, “детдомовца”, устроили даже на работу, вполне приличную, в Уфе, а когда того потянуло в “родной” Магадан, даже помогли с билетом до города Артема.

Рассказывают, что генерал Сметана, которого после всех свалившихся открытий попросили проверить воинскую легенду “вэдэвэшника” Василенко, пришел в полный восторг. Таких “восставших из ада” борцов за собственную реабилитацию в округе не припомнят.

Где же ты бродишь, Виталий? Настоящий мошенник…

Ирина Полникова

Источник: Молодой Дальневосточник