С “ханкой” по жизни

Материалов о наркомании, вернее, о борьбе с ней, в СМИ можно найти немало: то милиция очередного дельца поймала, то притон наркоманский прикрыли, то медики центр реабилитации создали… Сами же наркоманы в прессе “светятся” редко: далеко не каждый из них даже близким признается в том, что употребляет наркотики, а уж тем более - пойдет на беседу с журналистом…

Олег, 39-летний хабаровчанин, - наркоман с более чем 20-летним стажем. Начинал, как водится, с конопли, потом перешел на более “торчковый” опий. Правда, зелье не помешало ему все-таки стать высококвалифицированным специалистом: во всем, что касается слесарных, токарных и прочих работ, он - мастер на все руки. Однако мастерство это отнюдь не всегда направлено на “мирные” цели: тут свою роль сыграло его пагубное пристрастие. За то и срок отсидел.

Разговаривать с ним сложно: не успев закончить одну мысль, он перескакивает на другую, третью, потом вдруг снова возвращается к начатому, вновь сбивается, повторяет то, что уже рассказал… Поразила деталь: ключи, зажигалку, часы Олег пристегивает к ремню на цепочку - “чтобы не забыть”.

Твердо уверен: наркотики испортили ему жизнь. Теперь рад бы завязать, да не может. Несколько подобных попыток оканчивались неудачей - он вновь возвращался к “ханке”.

- Олег, как все начиналось?

- Ну, я был еще семнадцатилетним пацаном, когда друзья вручили мне “косяк”. Тогда, знаете, модно было - длинные волосы, потертые джинсы, гитара и по-иностранному - марихуана. Без этого, казалось, нельзя. Хотя я в те времена, признаться, по водочке предпочитал ударять под пельмешки. Спортсменом был. А пацаны мои накурятся и хохочут. Мне казалось - надо мной. Я злился, иногда и заехать мог по фэйсу. Так вот, после очередного такого сходняка друзья решили и меня “приобщить”.

- И сразу “приобщили”?

- Нет. Состояние эйфории пришло раз только на пятый. Да и то, я все равно мог курнуть и тут же побежать на поле в хоккей гонять.

- Но состояние “кайфа” вы все-таки оценили…

- Да, конечно. Мне это тогда нравилось очень. Я чувствовал себя сильным, чуть ли не всемогущим.

- Вы тогда учились?

- Да, в ПТУ, на слесаря. Но не доучился, бросил. Конфликт у меня со старшекурсниками вышел. Поэтому образование на заводе “заканчивал”, разряд получил. Потом те, кто на меня наезжал, приходили на практику ко мне.

- Вы тогда уже основательно “сидели” на конопле?

- Ну, курил, конечно. Да и опием тогда уже баловаться стал.

- А окружающие знали?

- Родные - нет, а на работе… знали, конечно.

- И как относились?

- Ну, как. Меня же не по тому воспринимают - наркоман я или нет, главное - какой я человек. А я по-человечески ко всем относился, не обижал никого, хотя бугаем еще каким был, вступиться даже мог, если своих трогали. Друзей всегда много было.

- И где они теперь?

- Ох, ну разве сейчас все обо всех вспомнишь? Но из тех, кто мне впервые “косяк” забил, - ни у кого жизнь не сложилась. Один умер, один на эфедрине сидит, вообще никакой, общаться невозможно. Еще один лечиться пробовал, вроде дозу сбил, а все равно толку нет. У него и вены уже пропали, колоть, кроме как в мышцу, некуда, а в мышцах от этого абсцессы. Чтобы один такой абсцесс вырезать - 300 тысяч сейчас в поликлинике заплатить надо, да еще на наркоту, а где их взять, деньги? Леха так никем и не стал: я-то хоть слесарем научился, да потом и машинами занимался, а он так никакого ремесла и не освоил. Еще друг был - тоже умер от отека легких в туберкулезном диспансере - от нищеты эфедрином кололся…

- То есть вас еще можно считать “везунчиком”?

- Ну, какой я везунчик. Слов нет, в жизни я много успел повидать, в кругах разных вращался - и с коммерсантами дела имел, автомобили перегонял, и с иностранцами. Но толку-то. В тюрьму сел - семья развалилась. Потом Марина, жена первая, умерла - тоже от наркотиков. В 1992-м я ее похоронил. Она сильная была, лидер по натуре. Но от наркотиков да от Библии крышу сорвало - она чуть ли не девой Марией себя выставлять стала. Погибла, в общем, она.

- А в тюрьму вы как попали?

- Да, по большому счету, тоже из-за наркоты. И по дурости. Приехал друг ко мне после свадьбы своей на машине тестя. Тринадцать лет назад это было. Жаловаться стал, мол, то, се, денег нет, опий дорогой. У меня как раз ханка была. Ширнулись мы. Он говорит, что знает гаражи, где легко будет до машины добраться, разобрать спокойно. Я сперва отнекивался, потом согласился. Поехали. Полмашины разобрали, и тут на тебе - в 4 утра хозяина нелегкая принесла. На рыбалку, что ли, мужик собрался - пришел авто греть. Мы бегом оттуда, в свою машину, да он, оказывается, номера запомнил - в ментовку сдал. Друга первым повязали, а он уж и меня назвал. Простил я его, сейчас мы общаемся, но редко. Кто раз предал - и в другой так сделать может.

- А как в тюрьме вы переживали отсутствие наркотиков?

- Маялся, конечно. Правда, жена моя первая, хоть и развелась со мной в одностороннем порядке - связи все равно не теряла, подкидывала в передачах. Да и вообще, на зоне, хоть и трудно достать это дело, но - возможно. Хотя я почти сознательно потом перестал, бросить пытался. Тяжело ужасно. И то ломки, то стихи приходили - ужас какой-то.

- Может, процитируете?

- Ну… неудобно как-то. Нет, расскажу:

Не будите меня на рассвете,

Не спугните прекрасных грез.

Из тюрьмы ненавистной этой

Меня сон далеко унес.

В предрассветном розовом свете

Вижу поле - и края нет.

Что такое? Солнце? Нет - Это

Нежный, ласковый мака цвет.

Я в восторге - вот удача!

Я об этом давно мечтал.

В огородах я был и на дачах,

Но такого нигде не встречал.

Надрезаю головку умело,

Запах ханки меня пленит,

По душе мне такое дело,

Никогда оно не утомит.

Вот отжег, заварил, выбираю,

Вот и вену уже присмотрел…

Приход радостно предвкушая,

Я проснулся: опять не успел…

Мне ведь в тюрьме такие сны часто снились - постоянно. Такой облом всегда был, когда просыпался.

- В общем, после тюрьмы желания завязать у вас не возникло?

- Было желание. Да тут я сразу место хорошее, денежное нашел - в Доме быта. Там знай только заказы собирай. И друзья, зараза, как назло, видят, что вроде человек отошел чуть-чуть, говорят, давай заварим. Ну и пошло.

- А лечиться пробовали?

- Да, за 30 тысяч, когда машина неплохая пятьдесят стоила. А там что? Проспал всю дорогу, потом вышел, и первое желание - ширнуться. Один раз я, правда, сам себе терапию устроил - три месяца на барже плавал. Ломало страшно, но выдюжил. Вот и все мои перерывы за 20 лет - в тюрьме три года, на барже, да в центре наркоманском…

- Но, вообще-то, наркотики - дорогое удовольствие. Как из положения выходите?

- Какое же это удовольствие! Я сейчас колюсь только чтобы в осадок совсем не выпасть. Мне, чтобы кайф поймать, доза нужна не меньше 7 граммов. А это - 500 “штук” в день. Слава Богу, “спонсор” появился: он платит и за себя, и за меня, я достаю, потому что места знаю, готовлю и его колю. Сам он колоться не может: бизнесмен, на руках следы видно - плохо… Да и готовить долго. На самом деле, хоть система взаимовыгодная, вроде, однако, достала меня уже. Я бы сам, может, перетерпел какое-то время, но тут является “захребетник”, говорит, мол, давай.

- А если бы “спонсора” не было?

- Ну, жил же и до него как-то. Автомобили перегонял, работал. Ну, разбирал там кой чего, что не надо было, на запчасти - продавал. Хотя - трудно это.

- Как я поняла, теперь вы серьезно хотите завязать.

- Да. У меня ведь сын от первого брака, пацану 16 лет, дед с бабкой с ним уже не справляются. Хотя с наркотой он ни-ни, это я точно знаю. И не дай Бог, чтобы когда. Я хочу, чтобы последний класс он в Хабаровске закончил, потом ведь в институт надо поступать, он парень башковитый. Пока он в Лесозаводске жил с дедами. Так верите ли, я, когда туда ехал, наварил банку ханки и высчитывал - три дня я там буду или четыре, чтобы, не приведи Боже, раньше времени не кончилась. Еще не хватало, что бы сын меня в “кумаре” (ломка. - Е. П.) увидал.

- Как же вы собираетесь бросать, если, говорите, лечение и в первый раз не подействовало.

- У меня какая тут идея возникла: вокруг Хабаровска сейчас куча заброшенных лагерей - детских или там каких. Хорошо было бы, если б в одном из них поместились такие, как я, ведь не у меня одного такие проблемы. Я думаю, родители многих наркоманов забашляли бы на создание эдакой резервации, где бы врачи и наркоманы одновременно лечились бы, работали - приводили в порядок помещение, а главное, вырвались бы из среды, которая их дома окружает. Ведь зачастую же друзья-товарищи влияют. А что до работы - я сам лично все своими руками делать умею. Обустроились бы как-нибудь. Так вот я эту идею по лету хочу постараться воплотить. Или хотя бы сам уеду куда за город. Иначе жить уже невозможно…

Беседовала Елена Партыка

Источник: Молодой Дальневосточник